Понедельник, 19.11.2018, 15:34
Приветствую Вас Гость | RSS

История Московского царства
в лицах и биографиях
Меню сайта


Царь Алексей Михайлович и Патриарх Никон ч. 13

Переворот 13 июля 1645 г., настороженно встреченный как родовой аристократией, так и церковными иерархами, нарушил почти вековую традицию избрания царя и подры­вал основы политического влияния верхов в стране. В целях умиротворения общества, опасавшегося возможного возвра­щения к деспотии Ивана Грозного, создается образ боголюбивого «тишайшего» царя, деятельность которого определя­ется церковным каноном. Так на смену идеи взаимной ответ­ственности царской власти и общества, разработанной в тру­дах А.Палицына, И.Тимофеева, заявленной в челобитных дворянства, внедряется концепция ответственности царя пе­ред Богом.
Сакральный характер царской власти отстаивали бого­любцы, исходя из положения о царе как хранителе истинно­го христианства. В условиях борьбы среднего духовенства с верхушкой церкви и патриархом по вопросу о введении еди­ногласия и проповеди священников, создание образа царя как рьяного блюстителя обрядов и канона давало новое ору­жие в спорах.
Образ христолюбивого царя — борца против обмирще­ния общества — особенно ярко проявился как во время его свадьбы в 1648 г. с Марьей Ильиничной Милославской, так и во время состоявшейся через десять дней свадьбы Б.И.Морозова с сестрой царицы Анной Ильиничной Мило­славской. Этот брак иностранцы рассматривали как продол­жение интриги Морозова с провалом свадьбы в 1647 г. Алексея Михайловича с Евфимией Всеволожской, обвинен­ной из-за приключившегося во время смотрин обморока в падучей болезни. Женитьба 58-летнего боярина на молодой девице воспринималась народной молвой как рассчитанный шаг по укреплению своего положения и нейтрализации про­тиводействия со стороны родственников царя. Но еще боль­ше народ поразила сама церемония свадеб, которые впервые «не играли», как это было принято на Руси, а справляли под аккомпанемент церковных гимнов, пения строчных и демественных стихов. Не было скоморошьих плясок и забав, веселых свадебных песен и обрядов. Церковная атрибутика вытеснила светскую, что лишний раз подчеркивало следова­ние канону царя во всех сферах жизни.
В русле общего наступления на языческие увеселения как составную часть обмирщения общества начинаются гонения на скоморохов, обличения мирян и служителей культа в отсутствии «благочестия». Наиболее яркий пример борьбы с пороками, охватившими общество, дает Аввакум. За обличе­ние местных «начальников» он был зверски бит и изгнан со двора; когда «унимал баб от блудни», то «попы и бабы» вопили «убить вора, блядина сына и били батожьем и рыча­гами» так, что пришлось бежать из Юрьева-Польского. Не боялся он в одиночку выступить против ватаги скоморохов и разогнать их, при этом одного «плясового» медведя «ушиб», а другого «отпустил в поле». Характерна реакция местного населения на обличения Аввакума, Даниила, Логгина — всем им приходилось покидать города уже после первых столкно­вений с мирянами.
От борьбы отдельных ревнителей веры с пороками необ­ходимо было перейти к массированному наступлению сила­ми всей церковной организации на обмирщение жизни. Для этого надо было поднять авторитет священников и вернуть церквам утерянную роль очагов духовно-нравственной жиз­ни общества. Огромное значение в деле реализации програм­мы социально-экономических и религиозных реформ имели события 1648 г. в Москве и других городах России. По заве­денной традиции царь Алексей Михайлович 17 мая выехал на богомолье в Троице-Сергиев монастырь. В это время в Моск­ву на смотр в преддверии летних сборов на южной границе собралось провинциальное дворянство. Город заполнился служилыми людьми, многие из которых в целях обзаведения деньгами стали продавать свои запасы вина, чем нарушали монополию на винную торговлю. Начались столкновения между представителями администрации и дворянством. Из-за переполнения города приезжими возросли цены на про­дукты. Все это подогревало недовольство горожан нерешен­ностью вопросов с закладами, тяжелыми налогами, злоупот­реблениями правительственной администрации.
Когда 1 июня 1648 г. царь возвращался с богомолья, то «простой народ» попытался подать Алексею Михайловичу челобитную на судью Земского приказа, в ведении которого находилась Москва, — Леонтия Плещеева, обвиняя его в «неправдах и насилии». Стрельцы разогнали челобитчиков и народ плетьми. Еще одна попытка вручить жалобы была предпринята при следовании царицы и самого Б.И.Морозова, при этом люди, разогнанные стрельцами, ответили градом камней. Полтора десятка челобитчиков по указанию Морозо­ва были арестованы.
На другой день, 2 июня, царь возвращался из Сретенского монастыря по случаю праздника Сретенья Владимирской иконы Божьей матери и на Красной площади был остановлен народом — несколько человек ухватили царского коня под уздцы. Царь «ужаснулся от такого неожиданного нападе­ния» и обещал «разведать все дело и удовлетворить их прось­бы». Но народ вместе с участниками крестного хода и царем вошли в Кремль и подали челобитные боярам, которые тут же их изорвали и бросили челобитчикам в лицо, многих схватили и посадили в тюрьму. Морозов отдал приказ стре­лецкому гарнизону освободить Кремль от народа, но стрель­цы отказались выполнить приказ и стали вместе с восставши­ми разорять дом первого боярина, убили Назария Чистого, ведавшего финансами, инициатора соляного налога. В этот же день были разграблены дома и усадьбы Б.М.Морозова, П.Т.Траханиотова, Н.Чистого, думного гостя В.Шорина — видных деятелей правительства и родственников Морозова. 3 июня начались пожары и целенаправленный разгром уса­деб и домов членов правительства и партии Морозова. Были подвергнуты разгрому дворы А.М.Львова, Г.Г.Пушкина, М.М.Темкина, Г.И.Морозова, Ф.Б.Долматова-Капова, М.М.Салтыкова, Н.И.Одоевского. По предположению П.П.Смирнова, этот погром осуществлялся под руководст­вом «людей с боярских дворов Романова, Черкасских» — партии аристократов, отстраненных от власти в 1645 г.
В пользу такого предположения говорит и то, что 3 июня инициатива в переговорах с народом перешла к дяде царя Н.И.Романову, который с Д.М.Черкасским беседовал с вос­ставшими на Лобном месте и принял от народа петицию с требованием «расправы» над Л.С.Плещеевым, Б.И.Морозо­вым, П.Т.Траханиотовым. В Кремле решили пожертвовать Плещеевым, чтобы спасти Морозова и Траханиотова. Оба тайно покинули Кремль, но если Траханиотову удалось до­браться до Троице-Сергиева монастыря, то Морозову при­шлось тайно вернуться под защиту царя. В организации по­жаров в городе обвинили слуг Морозова и требовали выда­чи ненавистных правителей. 4 июня царю пришлось выйти на крыльцо и призывать народ к спокойствию, особенно на­стойчиво он просил за Морозова, обещая сослать его в мо­настырь, если ему будет сохранена жизнь. Траханиотова арестовал в Троице посланный за ним отряд стрельцов, и 5 июня ему «на Пожарище» отрубили голову.


Copyright MyCorp © 2018
Бесплатный хостинг uCoz


Яндекс.Метрика