Воскресенье, 22.04.2018, 08:09
Приветствую Вас Гость | RSS

История Московского царства
в лицах и биографиях
Меню сайта


Царь Алексей Михайлович и Патриарх Никон ч. 15

Особого накала достигла борьба группировок на Зем­ском соборе. Партия Морозова отстаивала программу «по­садского строения» с обязательной конфискацией земельных владений, и, в первую очередь, это затрагивало интересы родовитой аристократии и церкви. Группировка Черкас­ских—Шереметевых через Н.И.Одоевского и членов Уложен­ной комиссии выступила против, предложив решить вопрос о закрепощении крестьян и выравнивании статуса поместья и вотчины путем постепенного «усвоения» поместьем права ро­дового наследования, ограниченного только продажей. В от­вет на постоянные жалобы помещиков о их малоземелье пробоярское правительство предложило конфисковать часть земельных владений церкви и раздать дворянам. Такая пози­ция напугала патриарха Иосифа еще больше, чем угроза потери церковных владений в городах, и он занял сторону партии Алексея Михайловича и Морозова. Раздоры в лагере правящего класса использовали в своих целях и дворянство, и посадское население через деятельность Ответной палаты Земского собора. Угроза новых выступлений сковывала воз­можности обеих партий до конца проводить свою линию и заставляла идти на компромиссы. Позднее патриарх Никон справедливо обвинил руководителей государства в страхе перед чернью. Справедливы и его нападки на Н.И.Одоевско­го по поводу создания Монастырского приказа и ограничения иммунитетных прав церкви, инициатором которого Никон считал главу комиссии.
Компромиссный характер решения церковных вопросов проявился в: сохранении за церковью земельных владений в сельской местности и потери их в городах; признании пра­вославия государственной религией, защищенной законом; ограничении феодального церковного землевладения с изъя­тием из его ведения хозяйственных и судебных функций и передачей их Монастырскому приказу. Превращение города в государев посад и закрепление за горожанами права-приви­легии на торгово-ремесленную деятельность, а также при­крепление жителей посада к тяглу, почти ничем не уступаю­щее закреплению крестьян к земле, — все эти противоречивые действия являлись отражением сложного переходного состоя­ния русского общества.
С появлением Б.И.Морозова в Москве 26 октября с новой силой разгорается борьба группировок на Земском соборе и в столице. Уже 30 октября появились две петиции от посад­ской курии и от дворянства о необходимости срочного прове­дения посадской реформы. Требования челобитчиков кон­фисковать все феодальные владения в городе и вернуть в тягло закладчиков наносили удар по партии родовитого бо­ярства и церкви. За всем этим угадывалась направляющая рука Морозова и царя Алексея Михайловича. 31 октября глава правительства князь Я.К.Черкасский резко поспорил с Морозовым и самовольно ушел из-за стола и царского двор­ца. Он был арестован и отставлен от управления Стрелецким приказом и другими делами. На пост руководителя стрелецким войском и приказа Большой казны был назначен тесть царя И.Д.Милославский. Черкасского хотели направить во­еводой в Астрахань, но боялись новых выступлений со сторо­ны дворянства, поддерживавшего программу Черкасского об отчуждении в пользу помещиков церковных земель, приоб­ретенных после 1584 г.
К власти вновь пришла группировка Б.И.Морозова, хотя официально он государственных постов не занимал, прикры­ваясь Милославским. Новое правительство затягивало дело с конфискацией церковных земель, исходя из понимания того, что это приведет к еще большему ослаблению церкви и подо­рвет источник экстренных займов для царской казны. Это также не укладывалось в планы оцерковления жизни об­щества и осуществления внешнеполитических задач. Ком­пенсацией за несостоявшуюся секуляризацию церковных земель стала выплата дворянству жалования в размере 124 529 рублей и утверждение 2 января на Земском соборе закона об отмене урочных лет для сыска беглых крестьян. Еще раньше, 25 ноября, был принят закон о «посадском строении» и создан Приказ сыскных дел; его возглавил князь Ю.А.Долгорукий (по прозвищу «чертенок»), родственник Б.И.Морозова, решительно приступивший к очищению поса­да от боярских и церковных владений.
Противники Морозова не сложили оружия и готовили новый переворот, опираясь на недовольство белослободских закладчиков и служилых людей по прибору, которых долж­ны были вернуть в государево тягло. В декабре 1648 г. вновь распространяются слухи о «подложности» государя, возмож­ном выступлении горожан во время крещенского хода на Иордань и подготовке убийства Б.И.Морозова. Выступление не состоялось. Царь Алексей Михайлович не пожелал на­ложить опалу на своего родственника Н.И.Романова, на Я.К.Черкасского, И.А.Голицына, Д.И.Черкасского, Шереме­тева и Куракина, а также на других представителей родови­той аристократии, не подписавших решения Земского собора и Уложение 1649 г. из-за боязни новых выступлений. При этом более мелкие участники заговора были сосланы и под­вергнуты пыткам и наказаниям: двоим отрубили головы, еще двоим вырвали языки, высечено было 35 человек за то, что говорили о мятеже, а в апреле без определения причин сосла­ли несколько сот стрельцов в Сибирь. Так закончились го­родские восстания в России в 1648 г., которые оказали значи­тельное влияние на ход реформ и социально-экономическое и политическое развитие страны.
Несмотря на временную стабилизацию политической си­туации в стране после городских восстаний 1648 г., прави­тельство Морозова—Милославского понимало всю слож­ность реализации решений Земского собора по отношению как к крестьянам, так и к «посадскому населению». Активность сословий в решении государственных вопросов перечеркну­ла достижения переворота 1645 г. — курса на укрепление единодержавной власти монарха. В условиях социальной на­пряженности, борьбы политических группировок за власть без участия представителей от «Земли» решать вопросы внутренней и внешней политики было сложно. Бюрократи­ческий аппарат и в центре и, особенно, на местах еще не сложился из-за отсутствия средств на его финансирование, и не мог стать опорой самодержавия. Фрондирование дворян­ства во время восстания в Москве вызывало опасение в благо­надежности поместного войска; стрельцы же открыто пере­ходили на сторону восставших. Для создания надежных вооруженных сил — полков нового строя — также требова­лись деньги. Эти средства мог дать только город, и потому правительство Морозова поддержало требования посадского населения и купечества о последовательной реформе в горо­дах, а в 1649 г. удовлетворило, наконец, просьбы купечества об отмене привилегий в торговле английских купцов, сослав­шись на казнь английского короля Карла I.
Для решения задачи умиротворения общества, нейтрали­зации активности сословий, ограничения борьбы политичес­ких группировок за власть царь и близкое к нему «новое дворянство» стремились опереться на третью силу, многие столетия поддерживавшую самодержавие и государство, — на церковь. Царская власть в сложившихся условиях дей­ствует по принципу, высказанному Конфуцием: «Если верхи соблюдают законы и ритуалы, народом легко управлять». Приняв Уложение 1649 г., торжественно провозгласили глав­ную задачу законотворчества — «чтобы Московского госу­дарства всяких чинов людем, от большаго и до меньшаго чину, суд и расправа была во всяких делех всем ровна». Равенство это носило внутрисословный характер, а наказа­ние зависело от социального статуса субъекта и простира­лось от денежного штрафа за бесчестье, битья кнутом до колесования за другие виды преступлений.


Copyright MyCorp © 2018
Бесплатный хостинг uCoz


Яндекс.Метрика