Понедельник, 19.11.2018, 17:49
Приветствую Вас Гость | RSS

История Московского царства
в лицах и биографиях
Меню сайта


Михаил Федорович ч. 20

И Михаил в очередной раз уступил матери, за что его, по слухам, позднее упрекал отец‑патриарх. По царскому указу бывшей теперь невесте предписывалось жить по‑прежнему в Нижнем Новгороде, а ее отцу – в своей коломенской вотчине.
Царь, малодушие которого сказалось и в этой истории со сватовством, около года спустя женился по совету матери на княжне Марии Владимировне Долгорукой. На следующий день после бракосочетания заболела и она, через три месяца с лишним скончалась. Брак оказался несчастным. Ходили слухи, что молодую царицу испортили лихие люди.
Год спустя царь снова женился (29 января 1626 года), на этот раз на Евдокии Лукьяновне Стрешневой. Она родила супругу десять детей; из них шесть умерли в раннем возрасте; только четверо, в том числе сын и наследник престола Алексей Михайлович (остальные трое – дочери – Ирина, Анна, Татьяна), пережили отца.
Историки, изучающие Россию XVII столетия, выделяют первую половину – от освобождения Москвы до конца правления Михаила и начала царствования его сына Алексея – как особый этап. В самом деле, за эти три с половиной десятилетия произошли важные события.
Прежде всего – во внутренней политике. Романовы, отец и сын, в основном продолжали политику своих предшественников в плане укрепления позиций правящего класса – бояр и дворян, их прав на земельную собственность и зависимых от них людей, крепостных крестьян и холопов. Недовольство последних, как и других угнетенных «людишек», безжалостно подавлялось.
С конца десятых, особенно начала двадцатых годов, то есть с умирением «земли», заключением договоров с Польшей и Швецией, наступило наконец время покоя. Начинается восстановление хозяйства в деревне и городе. Крестьяне возвращаются к заброшенным землям, распахивают новые участки, особенно на окраинах – южнее Оки и в Среднем Поволжье, Приуралье и Западной Сибири.
Крестьяне шли сюда по собственному почину, избывая господскую барщину, от которой, как и от оброков, стонали в центре страны. Или же их переводили сюда царские, боярские, монастырские приказчики – господа захватывали плодородные земли, селили на них своих подданных.
В местах этих было еще немало незанятых земель, и появление русских хлебопашцев проходило спокойно. Не то – на участках, уже заселенных, обжитых. Здесь пришельцы нередко встречали сопротивление местных жителей; заводились судебные тяжбы.
Курс правительства царя Михаила на заселение новых земель давал плоды – расширение запашки, рост доходов казны, обогащение феодалов, светских и духовных.
Но оживление в сельском хозяйстве не сопровождалось заметным улучшением агротехнических приемов. Отсюда – частые неурожаи, недороды, голод, и не только в городах, войске, но и в деревне.
Порой такая политика приводила к плачевным последствиям. Царь и власти исходили прежде всего из интересов казны, государства, мало или совсем не считаясь с народом. Например, накануне русско‑польской войны за Смоленск (1632–1634 годы) по их указанию большие партии зерна продали в страны, воевавшие против Габсбургов (это соответствовало интересам царского дома).
Получив за него деньги, использовали их на покупку оружия, боеприпасов. В самой же России случились неурожайные годы, и цены на хлеб сильно возросли – запасов в стране не оказалось. То же происходило и позднее.
Как и в XVI веке, верхушку служилого класса при особе Царской составляли думные чины – бояре, окольничие, думные дворяне и думные дьяки. За ними шли чины московские – стольники, стряпчие, дворяне московские, жильцы. Те и другие исполняли поручения царя – служили ему как помощники в важнейших делах.
В Боярской думе возглавляли приказы и посольства в зарубежные страны, воеводствовали в городах и полках. Эти должности – для наиболее породных, знатных людей, царских вельмож, которые у царя «в Думе живут». Менее знатный служилый человек исполнял обязанности пристава – приказного, посольского и иного; сотника – в полку и т. д.
В среднем член Боярской думы при царе Михаиле владел пятьюстами двадцатью крестьянскими дворами; московский дворянин – тридцатью четырьмя дворами.
Основная же масса дворян числилась по уездам или городам (по названию уездного центра их именовали: каширяне, серпуховичи, можаичи и т. д.); в среднем они имели по пять – шесть крестьянских дворов. Немалое количество – мелкопоместные и даже беспоместные. Провинциальные дворяне делились на несколько категорий: выборные дворяне (наиболее богатые, «мочные»), городовые дворяне, дети боярские.
Царь и власти шли навстречу пожеланиям знати и рядового дворянства. Вельможи, в том числе царские родственники, получали из их рук немалое количество земли и крестьян, прежде всего из фонда черносошных (государственных) и дворцовых земель.
К примеру, боярину И.Н. Романову, дяде царя Михаила, пожаловали целую Верховскую волость в Галичском уезде; князю Ф.И. Мстиславскому – Ветлужскую волость. Меньше, но тоже немало – другим боярам и прочим людям из столичной верхушки.
Происходило это из года в год, и размеры названного фонда таяли. Испуганные таким ходом дела, царь и его советники запретили раздавать земли из дворцовых владений (указ 1627 года). Но уже в следующем десятилетии раздачи возобновились.


Copyright MyCorp © 2018
Бесплатный хостинг uCoz


Яндекс.Метрика