Понедельник, 19.11.2018, 17:47
Приветствую Вас Гость | RSS

История Московского царства
в лицах и биографиях
Меню сайта

Каталог статей

Главная » Статьи » Иван IV Грозный

Первые реформы - 1
Первые реформы
 
 
 
К середине XVI в. политический строй России пере­живал процесс обновления. В ходе объединения страны власть московских государей чрезвычайно усилилась, но не стала неограниченной. Могущественная аристократия была живой носительницей традиций раздробленности, об­ременявших страну и после того, как разобщенные фео­дальные княжества объединились в единое государство. Монарх делил власть с аристократией. «Царь указал, а бояре приговорили» — по этой формуле принимались законы, решались вопросы войны и мира. Через Бояр­скую думу знать распоряжалась делами в центре. Она контролировала также и все местное управление. Бояре получали в «кормление» крупнейшие города и уезды страны.
 
Название «кормление» произошло от того, что област­ные управители собирали пошлины в свой карман, т.е. в буквальном смысле кормились за счет населения. Си­стема кормлений была одним из самых архаических ин­ститутов XVI в.
 
Боярская аристократия старалась оградить свои при­вилегии с помощью местнических порядков. В соответст­вии с этими порядками служебные назначения определя­лись не пригодностью и опытностью человека, а его «отче­ством» (знатностью) и положением родни (отца, деда и прочих «сродников»). Местничество разобщало знать на соперничавшие кланы и вместе с тем закрепляло за уз­ким кругом знатнейших семей исключительное право на замещение высших постов. К середине XVI в. местниче­ство в значительной мере изжило себя.
 
Знать ревниво оберегала устаревшие традиции. Но распри и злоупотребления боярских клик в период мало­летства Ивана скомпрометировали старый порядок вещей и сделали неизбежной более энергичную перестройку си­стемы управления на новых началах централизации.
 
После образования единого государства феодальная иерархическая структура претерпела большие изменения. Некогда однородная масса боярства распалась. Старое на­звание «бояре» сохранили за собой лишь крупные земле­владельцы, верхний слой феодального класса. Они владе­ли обширными землями и распоряжались ими на правах вотчинников — продавали, меняли, закладывали свою зе­мельную собственность. Низшую и более многочисленную прослойку составляли измельчавшие вотчинники (дети боярские) и слуги великокняжеского двора (старинные холопы, «слуги под дворским»), которых со временем ста­ли именовать дворянами. Служилые люди — дворяне — «держали землю» по большей части на поместном праве. Они владели ею до тех пор, пока несли службу в пользу великого князя. В XVI в. поместье стало ведущей фор­мой феодального землевладения. Через поместную систе­му великокняжеская власть тесно привязала к себе слу­жилое сословие. В лице помещиков монархия получила массовую и прочную опору. Перемены в структуре феодального сословия ранее всего сказались на армии. Многочисленные «княжие дружины» уступили место еди­ному дворянскому ополчению. В рядах ополчения насчи­тывалось несколько десятков тысяч средних и мелких дворян. Значение дворянской прослойки настолько возрос­ло, что с ее требованиями должна была считаться любая боярская группировка, стоявшая у кормила власти. Одна­ко непосредственное влияние дворянства на дела управле­ния не соответствовало его удельному весу. Дворяне не вмели постоянных представителей в Боярской думе. Местнические порядки прочно закрывали им пути к выс­шим государственным постам. Дворянство не желало ми­риться с таким положением дел. Оно требовало привести систему управления в соответствие с новыми историче­скими условиями.
 
Московское восстание 1547 г. обнаружило непрочность боярских правительств и тем самым создало благоприят­ные возможности для выхода дворянства на политиче­скую арену. Именно после восстания впервые прозвучал голос дворянских публицистов, и представителям дво­рянства был открыт доступ на сословные совещания, или соборы, получившие позже наименование Земских соборов (С. О. Шмидт). Дворянские публицисты выдвинули про­екты   всестороннего преобразования государственного строя России. Поток преобразовательных идей в конце концов увлек молодого царя.
 
В выработке мировоззрения Ивана, как полагают, боль­шую роль сыграл митрополит Макарий, «по чину» заняв­ший место наставника царя. Высокообразованный человек, но посредственный писатель, Макарий обладал качеством, которое помогло ему пережить все боярские правительст­ва и в течение 20 лет пользоваться милостями Ивана. Великий дипломат в рясе ловко приноровлял свою па­стырскую миссию к запросам светских властей. Макарий выступил глашатаем «самодержавия». Он венчал «на цар­ство» Ивана и придал новый блеск сильно потускневшей в годы боярского правления идее «богоизбранности» рус­ских самодержцев. Из его уст Иван воспринял мысль, ко­торая стала основой всей его жизненной философии. Гла­ва воинствующей церкви внес большой вклад в разработ­ку идеологии самодержавия, которая была прежде уделом книжников, а затем получила практическое осуществление в деяниях Грозного.
 
После коронации Грозного и основания «православно­го царства» Макарий провел церковную реформу. Собран­ный им духовный собор канонизировал несколько десят­ков местных угодников, объявленных «новыми чудотвор­цами». Русская церковь обрела больше святых, чем имела за все пять веков своего существования. Церковная ре­форма призвана была возвеличить значение национальной церкви и доказать, что солнце «благочестия», померкшее в Древнем Риме и Царьграде, с новой силой засияло в Москве — третьем Риме.
 
Деятельность Макария оказала воздействие на устрем­ления Ивана. Но влияние митрополита не стало исключи­тельным.
 
С первых шагов самостоятельного правления Иван близко сошелся с узким кругом высшей приказной бюро­кратии, приводившей в движение механизм государствен­ного управления. «Бюрократы» принадлежали к самой об­разованной части тогдашнего общества. Выходцем из ни­зов был знаменитый дьяк Иван Висковатый, который бла­годаря своим редким дарованиям поднялся с низших на самые высокие ступеньки социальной лестницы. Вискова­тый оказывал большое влияние на Ивана, но главным лю­бимцем царя стал все же не он, а Алексей Адашев.
 
Мелкий  костромской вотчинник Алексей Адашев не блистал знатностью и богатством. Не без сарказма царь Иван заметил, что взял Алексея во дворец «от гноища» и «учинил» наравне с вельможами, ожидая от него «прямой службы». Адашев в самом деле являл собой образец «пря­мого слуги», но этих достоинств было недостаточно, что­бы сделать успешную карьеру при дворе. Своим успехом Адашев (как и Висковатый) был обязан удачной службе в приказах — новых органах центрального управления. Карьера будущего царского любимца началась со службы в Челобитенном приказе. Этот приказ служил своего рода канцелярией царя, в которой рассматривались поступав­шие на государево имя «изветы». Из Челобитенного приказа Адашев перешел в Казенный приказ и служил там столь успешно, что вскоре же получил чин государст­венного казначея, который открыл перед ним двери Бо­ярской думы. В конце концов Адашев, по образному вы­ражению современников, начал «править Русскую землю», сидя в приказной избе у Благовещенского собора.
 
Порожденная процессом политической централизации, высшая приказная бюрократия не случайно стала провод­ником идеи преобразования государственного аппарата. Адашевский кружок осуществил эту идею на практике. Реформы явились важной вехой в политическом развитии страны. В кремлевские терема пришли новые люди. Зна­комство с ними составило целую эпоху в жизни Ивана. Перед Иваном раскрылись неведомые ранее горизонты об­щественной деятельности. Приближалась пора зрелости. Скрытая неприязнь царя к «великим боярам» получила но­вую пищу и новое направление.
 
Реформаторы впервые заявили о себе после созыва так называемого «собора примирения» 1549 г. Помимо Боярской думы и церковного руководства па этом совеща­нии присутствовали также воеводы и дети боярские. Выступая перед участниками собора, 18-летний царь пуб­лично заявил о необходимости перемен. Свою речь он на­чал с угроз по адресу бояр-кормленщиков, притеснявших детей боярских и «христиан», чинивших служилым лю­дям обиды великие в землях. Обличая злоупотребления своих вельмож, Иван возложил на них ответственность за дворянское оскудение.
 
Критика боярских злоупотреблений, одобренная свыше и как бы возведенная в ранг официальной доктрины, спо­собствовала пробуждению общественной мысли в России.
 
Настала неповторимая, но краткая пора расцвета русской публицистики. Передовые мыслители приступили к обсуж­дению назревших проблем преобразования общества. Од­ним из самых ярких публицистов той поры был Иван Семенович Перееветов. Он родился в Литве в семье мел­кого шляхтича и исколесил почти всю Юго-Восточную Европу, прежде чем попал на Русь. Уцелевшие члены семибоярщины еще располагали в то время некоторым влиянием в Москве. Один из них, М. Юрьев, обратил на Пересветова внимание, после того как ознакомился с его проектом перевооружения московской конницы щитами македонского образца. (Как видно, обстановка не благо­приятствовала составлению более широких преобразова­тельных проектов.) Как бы то ни было, Пересветов за­ручился поддержкой Юрьева и устроил свои материаль­ные дела. После смерти покровителя приезжий дворянин впал в нищету. Наступивший период боярского правле­ния стал в глазах Пересветова олицетворением всех об­щественных зол, которые губили простых «воинников» и грозили полной гибелью царству.

 

 

Категория: Иван IV Грозный | Добавил: defaultNick (01.11.2011)
Просмотров: 1900 | Рейтинг: 5.0/9
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Copyright MyCorp © 2018
Бесплатный хостинг uCoz


Яндекс.Метрика