Четверг, 26.04.2018, 20:18
Приветствую Вас Гость | RSS

История Московского царства
в лицах и биографиях
Меню сайта

Каталог статей

Главная » Статьи » Степан Разин ч. 2

МНОГИЕ И ЖЕСТОКИЕ БОИ - 4
Но не кончилась война. Лишь стихло немного в южных городах. Отчаянно еще дрались крестьяне в Тамбовском и Шацком уездах — там, где стояли с ними Михаил Харитонов, Тимофей Мещеряков. Они еще надеялись отсидеться осень и зиму в лесах и встретить будущей весной Степана Тимофеевича, который совсем недавно обещал быть у них под Конобеевом, другие же, зная, что стал весь край их бунташный, яростно лезли на Шацки Тамбов и не верили, что стоят еще эти два воеводских города среди безбрежного моря их вольных сел, деревень, городков и острожков. Медленно доходили вести до лесных засек, и кто зная там, где Долгорукий, где Борятинский, а знали крестьяне одно — идет с ними разинский товарищ Миша Харитонов и шлет везде свои прелестные грамоты, и сидят дрожат в Шацке и Тамбове государевы ратные люди.
Месяц бился в Тамбовском уезде Бутурлин, но так и не освободил Тамбов от осады. Доставал он крестьян, а они переходили на другое место и вновь из лесов упорно и яростно шли на Тамбов, выполняли наказ Степана Разина — взять город и ударить оттуда на Москву.
Только в декабре разгромил крестьян под Тамбовом Бутурлин и вызволил город из сидения. В Лысогорском остроге настигли конные дворяне Тимофея Мещерякова, схватили его и тут же начали пытать накрепко, с огнем.
Разбежались по всему уезду люди Мещерякова, пробивались к Михаилу Харитонову в тамбовский лес и выходили оттуда весь декабрь, и много шкоды учинили еще Бутурлину и товарищу его воеводе Алексею Еропкину.
Гнались воеводы в ноябре по пятам и за Ильей Ивановым. Послан был на Ветлугу и в Галич стольник и воевода Иван Вельяминов. Петлял Иванов по Ветлуге, писал письма ко всем черным людям Галичского уезда, поднял за собой на Унже всех земских старост и посадских людей, призывал встать против бояр и воевод за батюшку Степана Тимофеевича Разина. И забунтовали галичане. Многих государевых людей на Унже посажали в тюрьму вместо выпущенных тюремных сидельцев. И как приезжал Илья в село, так встречали его все крестьяне с попами, иконами и крестами, и провозглашал всюду Илюшка волю от Степана Тимофеевича, и сам называл себя его товарищем и атаманом. За время, что шел Иванов по Ветлуге, убили его люди десять человек в разных вотчинах и поместьях.
До декабря еще не пришел Вельяминов в Галичский уезд, и взяли защиту своих жизней и животов сами дворяне, богатые крестьяне и приказные люди. Сначала застали они врасплох на одной из заимок загонщиков Ильи Иванова, которые ездили с его прелестными грамотами по селам и призывали бояр, приказчиков их и всех богатых мужиков вырубать. Схватили загонщиков и с пытки узнали у них, что идет следом за ними и сам атаман Иванов. А сказали схваченные люди Иванова, что хотел Илья укрыться до весны либо на Тотьме, либо на Устюге, либо у Соли Камской, а потом по весне пробиться опять на Волгу к Разину.
Гнались за Ивановым дворяне, а по всему уезду разносили волостные люди грамотки с описанием примет Ильи: «Ростом средней человек, волосом светло-рус, в лице продолговат, нос прям, продолговат, борода невелика, з брувьями небольшими почернее волос». Были разосланы приметы и других Плюшкиных товарищей, которые шли с ним на Тотьму: «Федька Носок низмен, волосами рыж, борода сива, невелика, лицом островат, сухощав. А Куперка плоек, волосом рус, борода мала, только ус вырезался. А Сенька Полицын островат, ростом невелик, Федьки Носа ниже, волосом рыж, борода режетца. А Ондрюшка Пермяк волосом черн, кудреват, сутул, на правой щеке знамя невелико богряно. А Федька Северига — борода маленька, сива, ус режетца, ростом середней, тонок, речь писклява».
11 декабря прибежал к тотемскому воеводе Максиму Ртищеву работный человек из Усолья и сказал, что видел он в пяти верстах от Тотъмы пятеро саней с незнакомыми людьми и сидят в санях по двое, и на вопрос, кто такие, назвали себя казанцами. А по всем приметам выходит, это воровской атаман Илюшка Иванов со своими людьми. Тут же послал Ртищев на дорогу сотню тотемских жилецких людей, и настигли они те сани за Сухою речкой на болоте, недалеко от Тотьмы…
Илья Иванов признался сразу, рассказал, не тая и не боясь, как побивал он на Ветлуге и в Галичском уезде помещиков, как распускал тюремных сидельцев, как поднимали они с Мироном Мумариным людей за Степана Тимофеевича Разина. А потом допрашивали Илью и его товарищей по второму разу с пристрастием и с огнем. А 12 декабря Илья Иванов со своими товарищами был вершен — повешен на площади в Тотьме.
Но не кончились еще на этом злоключения Ильи Иванова. И мертвый был он страшен дворянам. Приводили к его телу пойманных в Галичском уезде, и на Тотьме, и у Соли Камской его товарищей, чтобы опознали они своего атамана; и показывали бывшие его товарищи, что мертвый и есть Илья Иванов. А потом повезли тело Иванова в Галич и там повесили его вторично на торговой площади, и объявляли приказные люди всему народу, что висит здесь вор и государев изменник Илюшка Иванов, и нет больше его в живых, и впредь бы смятение в пароде его именем не вызывали. И все вины Илюшкины выписали приказные люди в грамоте, а грамоту прибили под Плюшкиным телом к столбу.
На Слободской Украине обошлось для царских воевод легче. Двинул против повстанцев князь Григорий Ромодановский отборных людей своего Белгородского полка, шли первыми выборные люди Косагова. Прислал на помощь князю отряд запорожских казаков гетман Демьян Многогрешный. Выслал он из Батурина в помощь Ромодановскому тысячу запорожских казаков под Острогожск. Клялся Многогрешный в верности его государскому величеству и обещался всякими мерами Стенькиных товарищей в Малой России, его, государя, вотчине сыскивать, а найдя, карать нещадно горлом — заливать в глотку расплавленный свинец.
Быстро взял Ромодановский Острогожск и Олыпанск и начал сыск.
В начале ноября полковник Косагов добрался до Маяцка, где засел со своими людьми названый брат Степана, друг его и товарищ Леско Черкашенин. Не стал Леско искушать судьбу и связываться с выборным полком и бежал из Маяцка. Вместе с ним отступили бунташные казаки из Царева-Борисова, Змиева, Чугуева, ушли вниз по Донцу в судах и на конях по берегу. Леско же с немногими людьми стал пробиваться лесами на Волгу, к Самаре.
Отогнали от Коротояка и Фрола Разина. Ушел Фрол по Дону в судах назад в Кагальников городок.
Отовсюду теперь писали городовые и полковые воеводы, что понемногу стихать стало — и на Волге, и в заволжских лесах, и по Симбирско-Корсунской, и Тамбовской черте, и под Алатырем, Ядрином, Курмышом, Пензой и на Слободской Украине. Понемногу мельчали бои; к январю 1671 года все меньше и меньше оставалось разинских товарищей-атаманов, поубавилось и бунташных крестьян. Правда, отчаянно еще дрались они под Тамбовом и Шацком, не жалели ни себя, ни государевых ратных людей, тяжело расставались с волей.

 

 

Категория: Степан Разин ч. 2 | Добавил: defaultNick (19.11.2011)
Просмотров: 4235 | Рейтинг: 5.0/5
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Copyright MyCorp © 2018
Бесплатный хостинг uCoz


Яндекс.Метрика